Я смотрю на галерею лиц в окнах Zoom и чувствую, как наше пространство всё больше заполняется "интеллектуальным фастфудом". Если раньше ко мне на сессии приходили с обнаженным нервом - с путаницей в мыслях, с тихой надеждой быть просто услышанными в своей неповторимой беде, то сегодня всё чаще приносят готовые формулировки.
Мы стали пугающе начитанными. Теперь вместо признания: "Мне страшно, что я тебе безразличен", человек говорит: "У меня тревожный тип привязанности". Вместо честной злости: "Я в ярости от твоего поведения!" - звучит холодное: "Ты меня газлайтишь". Мы научились виртуозно заимствовать терминологию из психологии, превращая её в непробиваемую броню или, что еще печальнее, в инструмент для манипуляции близкими.
Почему слово - это не просто звук, а приговор?
В своей книге "Добро пожаловаться! Размышления о психотерапии" я размышляю о том, что настоящая психотерапия - это, прежде всего, Встреча. Для меня это не красивый оборот, а фундамент. Встреча - это момент, когда двое откладывают в сторону свои роли, защиты и ожидания, чтобы увидеть друг друга настоящими, "без фильтров".
Но как только мы вешаем на другого ярлык - "нарцисс", "токсик" или "абьюзер" - мы эту встречу убиваем в зародыше. Назвать кого-то определенным термином - значит лишить его права на развитие, "замуровать" живого, противоречивого человека в статичную картинку. Это колоссальная ответственность. Ведь за удобной этикеткой мы перестаем замечать нюансы. Мы больше не сочувствуем и не ищем компромиссов. Мы просто ставим точку: "Всё ясно, он - нарцисс". Но там, где всё "ясно", близость заканчивается.
Группа как зеркало, в котором нет искажений
Особенно ярко эти "защитные этикетки" осыпаются в пространстве групповой терапии. Группа - это живое поле, где невозможно бесконечно прятаться за умными словами. Здесь "психояз" капитулирует перед искренностью.
Участница, назовем её Ольга, на протяжении нескольких встреч мастерски описывала своего супруга как "законченного абьюзера". Её аргументация была безупречна, термины использовала как будто корректно. Но однажды другой участник (я обратила внимание, что в этот момент он внимательно всматривался в экран, когда она говорила) спросил: "Оля, ты сейчас очень весомо обосновала, почему он абьюзер, но твой голос и выражение лица были как у маленькой девочки". Ольга замерла. В наступившей тишине почувствовалась ее растерянность. Группа не позволила ей спрятаться за ролью "жертвы". И тогда случилась та самая Встреча - Ольга впервые заплакала не от обиды на мужа, а от соприкосновения со своей собственной, живой болью.
Или история Игоря, который был уверен в "токсичности" своего окружения. Он видел в коллегах только контроль и давление. Но когда в кругу группы он начал получать честную обратную связь - не критику, а рассказы участников о том, как им рядом с ним, - Игорь с изумлением обнаружил: то, что он считал "газлайтингом", было отчаянной попыткой людей пробиться к нему сквозь его собственный панцирь высокомерия.
Работа в группе помогает нам увидеть себя не через статьи в блогах и ставшие привычными термины, а через живые реакции других. Это дает невероятную свободу. Свободу понять, что ты - не "избегающий тип", а человек, который когда-то сильно обжегся и теперь бережет свое сердце. Что твой партнер - не "нарцисс", а кто-то, кто жаждет тепла и признания, но умеет требовать его только через претензии.
Сбросить ярлык - значит вернуть себе право на сложность и непредсказуемость. Именно этому исследованию - поиску себя подлинного - мы посвящаем время в безопасном пространстве нашей группы. Арт-терапия в группе и другие интересные направления самопознания помогают проявить те грани личности, которые скрыты в обычном общении.
Читайте также:
Старт нового сезона долгосрочной группы "Кто ты? Откуда ты? Куда ты идешь?"
Группа - это безопасное пространство, где ваши реакции становятся видимыми, а поддержка других участников дает ресурс для роста. Хотите узнать, подходит ли такой формат именно вам?
Запишитесь на бесплатную предварительную онлайн-встречу, чтобы задать вопросы и познакомиться.