Продолжаю перечитывать записи от 2010 г. Вот еще одна из наблюдений за людьми.
"Впервые в жизни встретила сантехника, искренне и глубоко влюбленного в свою профессию. Прямо профессиональная идентичность без трещин.
Забилась у нас канализация, вызвали специалиста. Пришел взрослый, серьезный дядечка, между бровей складка сосредоточенности, как будто он не к раковине идет, а минимум к стратегическому объекту федерального значения. В шапочке на макушке, деловитый, собранный, последовательный.
На вопрос "Вы не могли бы разуться?" он жестко ответил: "Нет. Это во-первых. А во-вторых, у вас тут сложная проблема".
Я внутренне напряглась. Сантехник продолжил: "Знаю я эту квартиру, приходилось уже бывать... У вас со стоком проблемы, поэтому забиваться канализация у вас будет постоянно, и прочистка вам обойдется недешево..."
Я робко: "А нам в ДЭЗ сказали - 150 рублей".
Он нахмурился так, как будто я усомнилась в законах гидродинамики, и больше к теме денег не возвращался. Видимо, финансовая реальность в его профессиональной картине мира была величиной переменной и несущественной.
С того момента, как дядечка переступил порог, я стала его невольным ассистентом. Стоило мне сделать шаг в сторону компьютера, как он срочно звал меня голосом человека, который не привык к внутренним диалогам без свидетелей.
Технично и быстро прочистив канализацию, он устряпал всю кухню до состояния "полевые работы после ливня". Я зашла и замерла. Было ощущение, что стены покрыты специальным составом "профессиональная значимость: черный матовый". Возникла мысль, что масштаб загрязнения прямо пропорционален масштабу выполненной миссии.
И тут я поймала себя на вопросе: откуда у меня такое устойчивое ощущение, что этот человек обожает свою работу?
Наверное, от его осанки - гордой, почти парадной. От полной сфокусированности на теме труб, стоков и углов наклона. От того, что он говорил только о сантехнике и делал это с азартом лектора на международном симпозиуме по вопросам сифонов. От отточенных движений рук и абсолютного отсутствия брезгливости. Самоотверженность его была сродни медсестре в перевязочной или матери, философски отмывающей ребенка после творческого эксперимента с горшком.
Через двадцать минут я устала. Потому что он перешел к стратегическому планированию нашей ванной комнаты. Рассказывал, что куда переносить, какие трубы менять, какие углы усиливать и где "в идеале" пробивать. Его речь была густо насыщена терминами, которые мое гуманитарное ухо воспринимало как поэзию технического авангарда.
И в его интонации сквозила легкая обида - как будто наше нежелание немедленно демонтировать половину квартиры ставит под сомнение его профессиональное достоинство и честь сантехнического мундира.
Поначалу, будучи эмоционально привязанной к своей ванной, я честно пыталась удержаться в диалоге. Но довольно быстро "улетела" в более привычное для себя состояние наблюдателя. Смотрела на него как на редкий экземпляр человека, абсолютно совпавшего со своим делом. Гроза засоров. Повелитель сифонов. "Умывальников начальник...". Демонстрирующий блестящее ораторское мастерство и высший уровень экспертной убежденности.
Потом он ушел, оставив после себя срач в стиле "после катастрофы" и легкое ощущение экзистенциальной разрухи. А я села считать, когда смогу накопить на замену труб, плитки, сантехники, стен и, возможно, части несущих конструкций. Осознав масштаб инвестиций, я пришла к простому и светлому решению:
проще поменять квартиру. И, на всякий случай, сантехника.
Читайте также:
Иногда важно просто дать мыслям осесть. Если эти размышления затронули что-то важное внутри вас, посмотрите другие материалы в Блоге.
А если чувствуете, что эти смыслы требуют глубокой проработки - я жду вас на консультации.