Гештальт-психолог, семейный консультант

Наталья Кудряшова

Психологическая помощь онлайн

+7 (916) 643-02-53
 
 

Ответственность в психотерапии

28.02.2016

Тема переноса ответственности в терапевтических отношениях, на мой взгляд, крайне важна. Я размышляю о " мячике ответственности", как я его называю, в работе с каждым клиентом. С некоторыми это приходится делать изредка, с другими-часто, с третьими-постоянно. Иногда ловлю себя на том, что "мячик" непостижимым для меня образом оказался вдруг у меня, и тогда я аккуратно его возвращаю клиенту. Это встречает разные реакции, но почти никогда - восторг.

Помню комичный случай, когда лет 5 назад мужина-клиент предложил мне дополнительную оплату за то, чтобы я письменно фиксировала после каждой сессии 3 важных для него вывода. Представляете? ) вот такой это "мячик" - горячий, тяжелый, ответственный.

Ирвин Ялом очень доступно и глубоко рассуждает о переносе ответственности в терапии: "Одной из основных тем моей работы с Бернардом было его стремление переложить ответственность с себя на меня. Между сессиями он не думал о своей проблеме, вместо этого он просто собирал материал и "вываливал" его мне на колени. (Он хитроумно парировал мой комментарий по этому поводу, заявил, что если бы "обрабатывал" материал заранее, на сессиях не было бы спонтанности.)

Он редко приносил сны, потому что не мог заставить себя записать их во время кратких ночных пробуждений, а к утру забывал. В тех редких случаях, когда Бернард записывал сон, он ни разу не просматривал запись между временем написания и сессией и зачастую в конце концов не в состоянии был разобрать собственный почерк.

В течение летнего перерыва, когда я уехал в отпуск, он "считал часы" до моего возвращения, и в ночь перед нашей условленной встречей ему приснился сон, что он играет в футбол и видит себя усевшимся мне на плечи и принимающим мяч за линией поля противника. На первой сессии он символически отыгрывал этот сон: завалил меня детальными отчетами о своих летних тревогах, чувстве вины, половом поведении и самоуничижении.

В течение четырех недель он уступал своей компульсивности и тревоге, ожидая моего возвращения, чтобы я показал ему, как им противостоять. Часто используя в своей работе технику мозгового штурма, он тем не менее, казалось, был растерян, когда я предложил ему выполнять простое упражнение (поразмышлять о себе в течение двадцати минут и затем записать свои наблюдения).

После нескольких (плодотворных) попыток он "не смог найти время" для упражнения. После сессии, на которой я настойчиво продолжал показывать ему, как он перекладывает на меня свои проблемы, ему приснился сон:

"Мужчина Х (индивид, напоминавший Бернарда, очевидно, двойник) позвонил мне, желая со мной встретиться. Он сказал, что я знал его мать и теперь он хочет увидеться со мной. Я чувствовал, что не хочу с ним встречаться. Потом я решил, что, поскольку он работает в области общественных связей, может быть, мне стоит подумать, что я могу от него получить.

Но потом мы не смогли выделить время для встречи: наши планы были несовместимы. Я сказал ему: 'Может быть, нам следует запланировать встречу, чтобы поговорить о вашем плане!' Я проснулся смеясь".

Чтобы встретиться со мной, Бернард проезжал пятьдесят миль, и никогда не ощущал, чтобы его тяготила долгая дорога. Однако, как ясно показывает сон, он не мог и не стремился найти время для сессии с самим собой.

Несомненно, для Бернарда, как и для любого другого пациента, не работающего в отсутствие терапевта, это не вопрос времени или удобства. Речь идет о том, чтобы взглянуть в лицо своей личной ответственности за собственную жизнь и процесс изменений. И сознанию ответственности неизменно сопутствует страх отсутствия почвы.

Принятие ответственности – необходимая предпосылка терапевтического изменения. Пока человек верит, что его ситуация и его дисфория порождаются кем-то другим или некоторой внешней силой, какой смысл стремиться к личностному изменению? Люди обнаруживают неистощимую изобретательность в нахождении путей избегания сознания ответственности.

Параноидные пациенты очевидным образом делегируют ответственность другим индивидам и силам. Они отрекаются от собственных чувств и желаний, неизменно объясняя свою дисфорию и свои неудачи внешними влияниями. Главная и часто неосуществимая терапевтическая задача в работе с параноидными пациентами состоит в том, чтобы помочь им принять собственное авторство спроецированных ими чувств.

Избегание ответственности является также фундаментальным препятствием в психотерапии пациентов с психосоматическими заболеваниями. У таких пациентов ответственность исключена дважды: они переживают соматический дистресс вместо психологического; даже признавая психологический субстрат своего соматического расстройства, они склонны прибегать к защитам путем экстернализации – объяснять свою психологическую дисфорию плохими нервами или неблагоприятными условиями среды.

Отдельным типом избегания ответственности является склонность некоторых индивидов (обычно относимых к категории истерических личностей) отрицать ответственность путем ощущения себя невинной жертвой событий, которые они сами (не желая того) инициировали.

Еще один способ сбросить с себя ответственность временно оказаться "не в своем уме". Некоторые пациенты имеют обыкновение временно входить в иррациональное состояние, в котором они как бы получают право действовать безответственно, поскольку не в состоянии отдать отчет в своем поведении даже себе.


Беседы о психотерапии

Ум - хорошо, а 24 - лучше?..

Уильям Миллиган - преступник, который был впервые в истории США оправдан судом, несмотря на то, что совершил ряд серьезных преступлений. Было доказано, что он действительно обладал такой формой душевного расстройства, как множественность личности...

Снежная королева, 3-я встреча

Сегодня мы больше работали с телом, чем с отношениями. Хотя в начале сессии Арина пыталась задавать мне вопросы типа «Почему он так себя ведёт?», «В какую игру он играет?» - она говорила о том, что в последнее время он стал подозрительно весел и внимателен ...

Снежная королева, 2-я встреча

За неделю я немного разобралась в себе и поняла, что моему собственному состоянию напряжения в контакте и неопределённости в выборе направлений работы есть объяснение. Ситуация Арины схожа с моей ситуацией, однако известно, что, когда терапевту кажется, что его ситуация такая же, как у клиента, это означает тенденцию к сильному слиянию...



Личная терапия

Скайп-консультации

Семейная терапия